Статистические данные о том, что один из семисот пациентов, оказавшихся на операционном столе, не поддаётся действию наркоза и остаётся в сознании, будучи полностью парализован (это мы узнаём из начальных титров), видно, так впечатлили Джоби Харольда, что он родил и воплотил историю, закрученную вокруг миллионера, необходимой ему операции, в ходе которой тот становится тем самым одним из семисот

После того, как Millenium Films приобрела у Miramax права на сиквелы фильмов про «Рэмбо», продюсер Джон Томпсон выказал Сталлоне свой интерес в создании ещё одного фильма про легендарного воина. Сильвестр Сталлоне хотел, чтобы этот фильм был создан в духе самой первой части о Рэмбо, стал историей о подавленном, но преданном своему делу человеке, сломленном насилием, которое ему довелось повидать на своём веку.

Сначала о привходящих фактах. Во-первых, надо упомянуть фразу, которая в качестве предупреждения сопутствует названию фильма в некоторых кинотеатрах (не везде, правда, позаботились о своих зрителях): «Людям со слабым вестибулярным аппаратом смотреть не рекомендуется».

В.: Расскажите о своём видении этого фильма, чем он отличается от первой части? Э.А.: Хотите верьте, хотите нет, но я захотел, чтобы этот фильм был масштабнее, а сейчас уже жалею об этом решении. (смеётся) Нет, правда, действие первого фильма происходило в новом мире. Нарния была создана за 900 лет до времени действия предыдущего фильма. Теперь прошло ещё 1300 лет, Нарния уже много лет захвачена тельмаринами, теперь это куда более грязное, мрачное, тёмное место, чем мир в предыдущей

Жанр пародии на другие фильмы в США уже давно оформился, обрёл своё название «Очень страшное кино» (Scary Movie) и имеет определённую популярность. Немудрено, что в России тоже захотели развить этот жанр, ведь тему «Догнать и перегнать Голливуд» с повестки дня никто не снимал. В принципе, рецепт подобного кино достаточно прост: за основу берётся пара-тройка известных пародируемых картин, а по ходу вплетаются пародии ещё на какие-нибудь не менее известные фильмы.

Эх, ностальгия! Когда видишь в киноафише надпись «Рембо», то переносишься в юность, в восьмидесятые годы, когда в СССР с опозданием (правда, не очень большим — перестройка грянула вовремя) показывали «Рембо: Первая кровь».

В основу фильма «Я — легенда» лёг одноимённый роман Ричарда Мэтсона, уже экранизированный в 1971 году под названием The Omega Man, то бишь «Последний человек». Вряд ли найдётся много людей, которые смотрели и хорошо помнят сейчас первую адаптацию этого романа, поэтому для большинства сюжетная канва, лёгшая в основу «Я — легенда», напомнит не один фильм последних лет.

Прогремев несколько лет назад с экранизацией романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение» с Кирой Найтли в главной роли, Джо Райт взялся за потенциальную классику с мелодраматическим уклоном — роман современного английского писателя Яна Макьюэна «Искупление». Возможно, на Западе этот роман является сверхпопулярным и его экранизация является целым событием. В России, где хватает и доморощенных творцов мыльных историй, можно оценивать «Искупление»

Сразу хочу предупредить зрителей, не имеющих понятия, что такое «99 франков» Фредерика Бегбедера — это не комедия. И Ян Кунен снял не комедию. Однако везде в определении жанра этого фильма значится именно «комедия», что может ввести не знающих зрителей в заблуждение.

В какой сцене вы были заняты в последний день съемок? Кажется, мы делали пересъемки, и это была сцена на замковой стене. Добавленная сцена, вообще говоря, где мы с Джеймсом (Фелпсом, то есть Фредом Уизли) стоим на замковой башенке, на фоне зеленого экрана, и импровизируем около минуты. Клевая сцена, но тяжелая. Когда нам крикнули "Снято!", мне было не по себе.